Algoritm запускает серию постов о взаимоотношениях майнеров и энергетиков 2.0

‍

Майнинг перестал быть темной лошадкой и теперь входит в число тех, на кого может положиться энергосистема нашей страны, — Павел Гудимов.

‍

«Когда майнинг станет легальной отраслью, он перестанет быть злом».

‍

Замминистра финансов Иван Чебесков произнес эту фразу в июле 2024 года, за несколько месяцев до официальной легализации майнинга в России. И легализация действительно покончила с так называемым «злом», но майнинг по-прежнему вынужден доказывать свое право на существование, прежде всего перед энергосистемой тем, что мы:

‍

• не спорим, что мы сами себе испортили репутацию и признаем ошибки прошлого,
• в широком смысле уникальны как потребитель, это не наша выдумка, а факт, подтвержденный практикой коллег в США и других странах,
• в конечном счете промышленный майнинг работает в той же логике, что и вся энергетика, в логике обеспечения надежности и эффективности Единой энергосистемы России (ЕЭС).

‍

Так выглядит сегодняшняя повестка всех промышленных майнеров в вопросах энергетики, не отдельно взятой компании, а именно отрасли в целом.

‍

Майнинг в России плотно окружен недоверием, оно, кстати, не является чьей-то прихотью или результатом нашей плохой информационной работы, так сложилось исторически, и это вполне объяснимо. В целом к майнерам присматриваются с осторожностью, что касается не только государства, но и смежных ведомств. У энергетиков, например, есть свой собственный, так сказать, особый интерес, продиктованный их прямой ответственностью за работу ЕЭС. Они не борются с майнингом как таковым, они борются с риском энергодефицита, а потому любого крупного непредсказуемого потребителя можно считать потенциальной головной болью. Майнеры этой предсказуемости не давали и годами несли энергетикам непроработанные заявки на сотни мегаватт, авторы которых зачастую не могли ответить на ключевые для ведомства вопросы: как формируется конечная цена киловатт-часа, какие существуют сетевые ограничения и какая экономика вообще может быть реалистичной. Такая практика, повторяясь из раза в раз, и сформировала то самое отношение, которое мы сегодня имеем.